Валентин Сидоров

Валентин Сидоров родился 5 мая 1928 года в крестьянской семье в деревне Сорокопенье, Калининской области, в которой жил его отец, Михаил Яковлевич Сидоров. Мама, Наталья Григорьевна Сидорова, родом из деревни Коровино, которая находилась на другом берегу Волги. Прадед и прабабушка Валентина Сидорова были крепостными крестьянами вице — президента Императорской Академии художеств князя Григория Григорьевича Гагарина. Детские годы Валентина прошли в деревне, где он воспитывался бабушкой Натальей и мамой, которая часто уезжала к мужу в Москву.

Бабушка Наталья была грамотной и верующей женщиной. В деревне её звали Наталья-грамотная, со всей округи к ней приходили за помощью прочитать или написать письмо. Она прививала внукам добрый, православный взгляд на мир. С первыми живописными произведениями Валентин познакомился благодаря бабушки Натальи, которая стала учить его грамоте. Перевернув очередную страницу хрестоматии, Валентин увидел картины Венецианова.

Михаил Сидоров

Эмоции от увиденного захлестнули его. В этих картинках он увидел окружавшую его природу и людей: «Захарка» («Да это же мой приятель, Натолька»), «Весна. Пашня». («Да это же мама, и я, и наш Ванька»), «Лето. Жатва». («Это тоже мама сидит со мной на нашей веялке»), «Голова крестьянина». («А это – Иван Булкин»), «Гумно», «Пастушок», «Жнецы». Спустя годы Валентин узнал, что Алексей Гаврилович Венецианов писал свои картины в Тверской деревне Сафонково, что не далеко от Сорокопенье.
На кануне Рождества бабушка Наталья готовилась к празднику – мыла, чистила, скребла, белила печку. Белая, как загрунтованный холст, печка притягивала его. В доме приятеля стояла украшенная изразцами с цветами и птицами печь, всем она нравилась и бабушке Елене тоже. Вот тут-то зародилась у Валентина идея повторить это у себя. Дождавшись когда бабушка уйдёт, он достал выпавший из печки уголёк и принялся мало-по-мало проводить угольком по печи. И вот уже во весь рост стоял, выпятив грудь, на сильных ногах с острыми шпорами, с длинными кривыми, как серп, перьями на хвосте и с большим гребнем на голове наш хозяин всех кур – глазастый петух. Бабушка Наталья увидев это ахнула и принялась стирать петуха сухой тряпкой. Сам же петух не стирался, а становился более мягким и живым. После этого случая бабушка Наталья начала называть внука рисовальщиком.
Первую встречу с отцом Валентин запомнил, когда мама взяла его с собой в Москву. Они встретились с отцом у перрона, и поехали на трамвае к своему дому, что находился в центре Москвы, на Дегтярном переулке №10. Валентин недоумевал от увиденного количества асфальта и кирпича, «А где же в Москве растёт трава?». Это вызвало у него такую тоску по своей деревне, что он стал пародировать звуки животных, чтоб приблизить себя к Сорокопенье. Когда же наступило время возвращаться обратно в деревню, он был настолько счастлив, что все дни жил только этим.

Валентин Сидоров с матерью у крыльца

В 8 лет Валентин тяжело заболел и Наталья Григорьевна, мама Валентина, принесла ему в больницу цветные карандаши и альбом. «Рисование заглушило тоску, и родилось чудесное ощущение, что ты можешь нарисовать любимые места и они всегда будут с тобой», – так позже он вспоминал об этом. Выходец из русской глубинки, Валентин Сидоров навсегда сохранил связь с деревнями Сорокопенье и Коровино, где прошло его детство.

Простота и естественность жизни в согласии с природой, авторитет семьи, ценность труда, нравственные законы – всё это было заложено именно в ту пору.
Со двора дома в котором жила в Москве семья Валентина на лошадях завозили в магазин продукты. Лошадь приедет, с неё бочки разгружают, ящики какие-то, мешки. Грузчики ходят, продавцы в фартуках. Валентин всё это изображал, всё время рисовал с натуры. Однажды мимо проходил гражданин в чёрном. Увидел, чем занимается Валентин, он попросил показать ему свои рисунки. Валентин передал ему свой альбомчик. Гражданин в чёрном посмотрел, полистал альбомчик, и
произнёс громким поставленным голосом: «Ты будешь художником». Эта фраза сыграла особую роль в судьбе Валентина. Позже, от соседки по квартире, Ксении Афанасьевны, он узнал, что это был великий актёр малого театра Александр Алексеевич Остужев (1874–1953), который жил в их доме, и всегда поднимался к себе в квартиру со старого входа.

В изостудию московского дома пионеров Валентин поступил в 1939-м году. Он принёс домашние работы, и показал их Александру Михайловичу Михайлову, который стал его первым учителем по рисованию. Валентин Сидоров так рассказывал об этой встречи:
Показываю ему рисунки, он удивился нарисованным там моим лодкам, мельница, заборам, лисочкам.

– Где ж ты такие красивые картинки-то увидел?
– Это моя деревня. В Калининской области, в Конаковском районе. Сорокопенье.
– Ну, здрасте. А я завидовский. Значит мы земляки с тобой.

Александр Михайлович Михайлов

Потом, они стали друзьями на всю жизнь. До последних дней жизни Александра Михайловича они общались и всячески старались друг-другу помогать. Александр Михайлов поддерживал многих талантливых ребят во время войны.
В Коровино 13-летним мальчишкой он встретил начало Великой Отечественной войны, прервавшей привычное течение жизни и счастливого детства. Зимой 1942-го года, он вместе с мамой вернулся пешком в Москву. В 1943–1948 годах Валентин Сидоров учился в Московской средней художественной школе (преподаватель М.В. Добросердов). Сильное впечатление на Валентина произвели полотна И.И. Левитана, которые он увидел в 1944 году, когда вместе с другими учениками художественной школы помогал при монтаже постоянной экспозиции Третьяковской галереи после возвращения музейных фондов из эвакуации. В соответствии с принципами левитановского пейзажа решена одна из его ранних работ – «Март 1945 года. Подрезково» (1945). Не смотря на удачное начало, путь к профессии художника у Валентина Сидорова был не простым. Вместе с другими учениками, окончившими художественную школу, он должен был поступать в Суриковский институт. Он был одним из лучших учеников, но в институт его не приняли. Спас Валентина Михайловича его наставник Порфирий Никитич Крылов (1902–1990). Он дал Валентину записку вот с такой рекомендацией: «Саша, подателя этой записки, Валю Сидорова, знаю с детства. В парне есть что-то настоящее. Но он попал в ‘‘модоровизацию’’. Помоги. Твой Порфиша». С ней Валентин и поехал к Александру Дмитриевичу Зайцеву (1903–1982), профессору Ленинградского института живописи, скульптуры и архитектуры им. И.Е. Репина. В Ленинграде между ними произошёл вот такой диалог:

– А экзаменационный лист есть?
– Есть.
Подаю я ему, а там пять, четыре, четыре, пять – оценки были такие.
– Да что, они у вас там в Москве все …., – и дал распоряжение меня сразу принять.
В 1948 году Валентин был принят в ленинградский Институт им. И.Е. Репина, где учился у П.П. Белоусова, Р.Р. Френца и И.П. Степашкина.

В Ленинграде Русский музей для приведения в порядок своей территории, пригласил на воскресник студентов. Группе Валентина достался чердак с левой стороны здания. Нужно было выносить мусор, накопленный за блокаду и во время войны. Студентам было поручено очистить кусочек вверенного чердака от старых сломанных подрамников, рам, кусков каких-то мундиров, огромного количества всяких книжек. «Смотрю лежит картина лицом вверх и на ней всё валяется, мусор. Я эту картину так поднял… Батюшки. Передо мной Шестикрылый Серафим Врубеля. Кто-то выбросил его на чердак.
Поднял и кричу Коле Андронову:

Врубель М. А.
1856, Омск – 1910, Санкт-Петербург 
Шестикрылый Серафим 
1904

– Врубеля нашёл, Врубеля нашёл! – сам платочком так, и на меня смотрит Шестикрылый Серафим с лампадой и мечом. И смотрит в упор прям так. Мороз по коже прошёл. Он написан у Врубеля так, что куда бы вы не отошли – вы всегда видите его взгляд.
– Врубеля нашли, Врубеля нашли! – тут сбежались и другие. Я потом только отметил, кто стоял-то перед Врубелем…Володя Токарев вспомнил Пророка:

Духовной жаждою томим,
В пустыне мрачной я влачился, и Шесткрылый Серафим
На перепутье нам явился.

Это ребята не просто так. И кто стоял: Володя Токарев, замечательный живописец надо сказать, фронтовик, с жуткой судьбой. Я его очень хорошо знаю. Виктор Рейхерт – фронтовик. Дмитрий Беляев – фронтовик. Борис Лавренко – фронтовик. Борис Угаров – фронтовик, потом президентом стал. Ещё Алексей Бойков – фронтовик. Фронтовики стояли-то. И на них смотрел Врубель, как бы благословлял их всех. Нас благословлял и каждого благословлял на путь избранный.
А потом так ‘‘да, да, да, надо отнести’’. Я отнёс его на второй этаж. Спустился на второй этаж. Какая-то женщина сидит. Я говорю:
– Мы Врубеля нашли.
Она сидела, так подняла голову:
– О, да. Ну поставьте его к стенке.
И всё. Меня тогда убило полное это равнодушие. ‘‘Поставьте к стенке’’. А может это была не сотрудница, не искусствовед. Может быть техническая работница, уборщица».
В 1952 году, по рекомендации врачей, Валентин Сидоров вернулся в Москву и перевёлся в Московский художественный институт им. В.И. Сурикова, где продолжил обучение под руководством профессора Ф.П. Решетникова. В 1954 году, Фёдор Решетников «посоветовал» Валентину не писать в качестве дипломной работы «чистый» пейзаж, а настоятельно рекомендовал взяться за картину «Будущий тракторист».

«Пусть девушка сидит за рулём, а все смотрят, как она первый раз поехала. Куры бегут из-под трактора, бригадир стоит, напутствует. Пейзаж весенний, солнечный. И – диплом в кармане, а так – получите справку… ещё напишете свои картины с дождиками, а сейчас пишите с тракторами, то, что требует время». За три недели был написан двухметровый холст.

В.М. Сидоров — Будущий тракторист. Дипломная работа
1954 г.

На вопрос комиссии по распределению – где он видит своё будущее после окончания института, Валентин ответил, что родом он из деревни, каждое лето приезжает туда, и хотел бы, как Аркадий Александрович Пластов, работать в родной деревне. Председатель комиссии, ректор института Фёдор Александрович Модоров, спросил, – «А где эта деревня?».
– В Конаковском районе Калининской области.
Тут Модоров грохнул кулаком по столу да так, что подпрыгнул графин с водой, и свирепо проорал:
– Я стреляный воробей! Поближе к Москве хочешь устроиться? А ещё комсомолец! В Читу, в Новосибирск тебя сошлю!
И уже обращаясь к секретарше, – «Дайте подписать ему Новосибирск!». И хотя Валентин Сидоров подписал врученное назначение, он собрался и уехал в родное Коровино. После защиты дипломной работы Валентин дал себе слово – никогда не писать то, к чему не лежит душа. И слово это он сдержал.
Именно в Коровине, из детских воспоминаний, начинается творческий путь Валентина Сидорова. Здесь рождаются картины, выполненные на одном дыхание: «В полдень. Коровино», «Вечер. Коровино», «Гаврилин дом», «Юрьевское поле. Дорога в Коровино»,
«Листья пожелтелые по ветру летят», «Старая ветла», «Коровино. Мокрый холодный день» и многие другие.
Вся жизнь Валентина Сидорова связана с Союзом Художников (СХ), Московским академическим художественным институтом им.
В.И. Сурикова и Тверской землёй. В 1958 году он вступает в СХ СССР.

Академическая дача им. И.Е. Репина

С 1960 по 1966 год Валентин работает художественным руководителем Академической дачи им. И.Е. Репина в Вышневолоцком районе Тверской области. В 1972–1985 годах Валентин Сидоров избран секретарём правления СХ РСФСР, с 1985–1987 года – I секретарём правления СХ РСФСР.

В 1988 году Сидорова избирают действительным членом Академии художеств СССР. В сложные для страны 1987–2009 годы Валентин Сидоров был председателем правления СХ РФ. С 2009 года он – почётный председатель СХ РФ.
В 1994 году Валентин Сидоров начинает преподать в Московском государственном академическом художественном институте им. В.И. Сурикова, Профессор (1996), руководитель персональной мастерской (1998). Лауреат Государственной премии России (1997) за цикл живописных произведений «Тихая моя Родина», член Совета по культуре и искусству при Президенте РФ, награждён орденами «За заслуги перед Отечеством» III и IV степени.
В 1997 году Сидоров обращается в своём творчестве к театру, став художником-постановщиком балета «Песнь про купца Калашникова» (музыка В. Казенина) в Омском государственном музыкальном театре.
Валентин Сидоров лауреат Международной премии имени М.А. Шолохова (2000), в 2001 году его принимают в Союз писателей России. Он автор ряда статей в журналах и книг «Край вдохновения» (написана к 100-летию Дома творчества художников Академическая дача им. И.Е. Репина, 1984, 2019), повесть «Гори, гори ясно» (2001), «Моё Коровино» (2020).

В 2008 году в Коровино, на месте древнего родительского камня, у которого уходя на войну прощались односельчане, по инициативе и на средства Валентина Михайловича воздвигнут храм-часовня преподобного Сергия Радонежского «в память о жителях Коровина, которые защищали Отечество, жили Верой и Надеждой».
В каждой картине Валентина Сидорова ощущается светлое жизнеутверждающее начало.

Валентин Сидоров у храма-часовни

Валентин Сидоров был не только выдающимся художником, но ещё и неутомимым краеведом. Благодаря его стараниям, найдены, сохранены и восстановлены захоронения Алексея Григорьевича Венецианова и Григория Васильевича Сороки: «Никто не знал, где похоронен Венецианов, – ни Министерство культуры, ни Третьяковская галерея. Деревни Сафонково, где он жил, давно нет.

А.Г. Венецианов – Автопортрет. 1811

А потом соседка, Эсфирь Ацаркина, старший научный сотрудник Третьяковки, посоветовала обратиться в местную церковь. Приехал в нынешнее Венецианово, вижу, перед храмом бабушка колет ольховые дрова. Спрашиваю: ‘‘Знаете, где похоронен Венецианов?’’ Она отвечает: ‘‘Так на нашем погосте’’. И точно – сразу нашёл надгробие. Чисто, прибрано, цветы лежат. Оказалось, учительница из Твери была, привозила учеников.

И где могила Сороки, тоже не знали … Я исходил все кладбище, но никак не мог найти могилы. Однажды подходит старушка. Спрашивает, что, мол, ищете? Говорю: ‘‘Бабушка, здесь когда-то жил художник Григорий Сорока’’. А она вдруг: ‘‘Ну как не знать его? Мой прадедушка учил Сороку грамоте’’. Оказалось, она правнучка священника, духовника Милюкова. Показала, где камни от фундамента кладбищенского сарая – из книг знал, что Сорока похоронен рядом.

Сорока Г. В. – Автопортрет

В следующий раз этих булыжников не нашёл, растащили, но зато обнаружил холмик. А на нём – конфеты в блестящей обёртке. Приехавший со мной Евгений Антонов, скульптор, сказал: ‘‘Их птички разносят на забытые могилки’’. Потом я обратился к патриарху Алексию II: дважды получал отказ, но на третий – отпели Григория Сороку».
На средства Валентина Михайловича был возвращён внешний облик и отреставрирована земская школа в деревне Подол. Можно сказать, что из руин восстановлен деревянный дом лоцмана 1782 года постройки. Самый старый деревянный жилой дом в Тверской области.

Этот дом является важным связующим звеном во многих картах Валентина Михайловича, как бы соединяя столетнюю историю с нашей современной жизнью.

Дом лоцмана после реставрации
Земская школа после реставрации

В ранний период Валентин Сидоров обращается к редкому в его зрелом творчестве жанру натюрморта («Ночью был ветер. Антоновка», «Мокрый день. Колокольчики», обе – 1955). К этому времени относятся также истоки замыслов композиционных полотен, работу над которыми он продолжал спустя много лет («В начале мая», 2001–2010; «Гори, гори ясно…», 1960–2008; «На тёплой земле», 1955–2010). Рубеж 1960–1970-х годов отмечает начало этапа творческой зрелости. Избрав путь ограничения, Валентин Сидоров приходит к созданию более цельной, содержательной картинной темы. Будучи по натуре мыслителем, философом, он стремился открыть нечто сокровенное и глубокое в каждом, на первый взгляд, случайном мотиве. И здесь для него оказалось важным передать состояние заповедной окрестной природы и сопричастность человека этой большой, вечной жизни («На лужке», 1968; «Берёзовый ветер», 1971–1979; «Сенокос», 1975; «Откуда берётся речка Дубровка», 1981). В истории отечественного послевоенного искусства Валентин Сидоров занимает особое место. Внешне неброская, но милая сердцу тверская природа, простая и хорошо знакомая жизнь деревенских людей, многообразие явлений и образов – всё это заключено в понятии «малая родина». Радостное настроение охватывает весь цикл его пейзажных полотен. Каждое состояние природы давало Валентину Сидорову непочатый край впечатлений. Эта свежесть, чувство первой встречи, открытия потаённой гармонии мира в самом обычном, обыденном дне – каждый раз волновали и рождали отклик в его душе. К числу программных холстов Валентина Сидорова принадлежат панорамные эпические пейзажи «Полетели птицы к югу» (1972), «Два тополя. Здравствуй, племя младое.» (1999), «Родительский камень» (2001), «Святая гора» (2002), «Плывут над землёй облака» (2005).
Валентин Сидоров участник международных, городских, региональных, всероссийских и всесоюзных художественных выставок с 1951 года. Персональные выставки Валентина Сидорова проходили в Государственной Третьяковской галерее, Государственном Русском музее, во многих регионах России, и зарубежом.
Картины Валентина Сидорова находятся в крупнейших музеях страны: в Государственной Третьяковской галерее, Государственном Русском музее, РОСИЗО, Тверской областной картинной галереи, в других художественных музеях и частных коллекциях в России, Польши, Чехословакии, Румынии, Италии, Японии, Франции, Великобритании, Германии, Югославии, Иордании, Китая и в других странах.
Валентин Сидоров скоропостижно скончался 9 января 2021 года. В 2023 году в Твери был открыт музей живописи В.М. Сидорова «На тёплой земле». Основную экспозицию музея составили картины, переданные в дар Тверской области семьёй Валентина Сидорова. Две картины – «На тёплой земле» (1962) и «Тёплый вечер апреля» (1964) были подарены музею Почётным членом Российской академии художеств Владимиром Некрасовым.